Самоидентификация чуваш в условиях Российской Федерации в начале XXI века

В начале XXI века в Чувашской Республике среди творческой интеллигенции стала закрепляться самоидентифакация:

  • Чувашисты (чуваши);
  • Булгаристы (болгары);
  • Суваристы (сувары);
  • Нигилисты (чуваши, отрицающие свою принадлежность к чувашам).

Особенно активно такая идея этнической самоидентификации стала «проталкиваться» в ходе Всероссийской переписи населения 2002 г. Как известно, итоги данной переписи для чувашского этноса оказались очень печальными. Чуваш в Российской Федерации уменьшилось на 300 тыс. человек, было около 2 млн. осталось 1 537 тыс. человек. Уменьшилось количество чуваш и в республике (дали минус):

-русские;

-чуваши;

-украинцы;

-белоруссы;

-евреи;

+ цыгане в 2 раза;

+ азербайджанцы в 2 раза;

+ армяне в 4 раза.

+ татары в 1,5 раза

Таким образом, за 15—20 лет по численности чувашский народ с 4 места в РФ откатился к 5 месту и процесс «отката» продолжается.

По переписи 2002 г. «болгаристов» в Урало-Поволжском регионе оказалось более 6 тыс. человек, в основном записывались «болгарами» представители исламских татар. На сегодня (2011 г.) «чувашистов» большинство, но «болгаристы» («булгаристы») активно продолжают работать. Они активно вели себя в ходе Всероссийской переписи октября 2010. Итоги показали, что чуваш уменьшилось на 200 тыс. человек (в РФ). Уменьшение произошло в этносах:

-русские;

-чуваши;

-евреи;

-украинцы;

+представители исламских этносов проживающие на территории Чувашской Республики показали рост (+).

Активно работали в ходе Всероссийской переписи (октябрь 2010 г.) «суваристы» (руков. Адёр). Они активно распространяли свои листовки, где рекомендовали в ходе переписи писать в анкете «вместо чуваш сувар». Распространяется литература суваристов, например, В. Алмантай в 2011 г. выпустил второй вариант очерков «Кто мы — сувары-булгары или чуваши?»

В этой брошюре автор утверждает, что не угасает живой интерес нашего народа к своей истории и культуре. Чаще всего дискуссии возникают вокруг вопросов о том, кто такие «сувары», «булгары» и в каком родстве состоят с ними «чуваши», откуда и когда появились названия этих на­родов, что они означают?

В предлагаемой вниманию читателей книге хотелось бы в какой-то мере обсудить эти вопросы и, если удастся, дать на них сколько-нибудь доказательные ответы. В основу книги положены сведения и факты из опубликованных трудов известных авто­ров разных эпох, в том числе современных ученых-историков. На основе анализа и сопоставления ряда взаимосвязанных материалов из различных источников постараюсь изложить собственную точку зрения на средневековую историю суваро-булгарского этноса.

К сожалению, мы не знаем историю своего народа даже на­половину, потому что в школах в течение десятилетий изучали в основном лишь русскую и зарубежную историю. В школьных и вузовских учебниках, если и упоминалось имя сувар и булгар, то всегда лишь в контексте контактов и военных столкновений с ними русских в процессе колонизационного продвижения по­следних в регион Среднего Поволжья.

В исторических документах собственно предки чувашей вы­ступали под разными этнонимами. С VII—Х вв. они известны как «сувары» и «булгары», с XI в. — «волжские булгары», а в русских и зарубежных источниках конца XV — начала XVIII вв. — «нагорные черемисы» [1].

Следует заметить, что автор попытался опираться на работы: Н. В. Никольского, М. С. Глухова, Н. И. Егорова, А. Сбоева, В. Д. Димитриева, В. К. Магницкого, С. А. Плетневой, Н. Я. Марра и др.

Иллюстрации автор использовал известного в России художника В. И. Агеева, большинство рисунков оформлено типа «Древние сувары», «памятник суварскому народному герою Чемень» и т. д.

В. Алмантай в очерке по суварам далее замечает, что имеется самая ранняя датировка первого упоминания термина «чюваш»: в «Скифской истории» А. И. Лызлова чюваши упоминаются в свя­зи с событиями 1508 г. Книга вышла в свет в 1692 году, в ней дано описание борьбы русского народа с монголо-татарами и турками. А слово «скиф» означало род занятий — скотоводство. И все-таки непонятно: под словом «чюваш» автором упомянуты предки современных чувашей или Чюваша — племя чюдское. Чюди жили в Южной Балтии, в Прибалтике, у Финского залива, Ленинградской области и т. д. Чюваша — племя чюдское, народ финно-угорской языко­вой группы. На это указывает А. Ф. Лихачев в книге «Скифские элементы в чудских древностях Казанской губернии». О скифах Н. М. Карамзин говорит, что все народы Евразии во времена Геродота назывались собирательными этнонимами скиф и сармат. А в 1511 г. этноним «чюваша» был впервые применен по отношению к бесермянам.

По данным языка, бесермян можно одинаково причислять и к удмуртам, и к татарам. Сами себя бесермяне считают креще­ными татарами. Большая часть бесермян говорит по-удмуртски, но по внешнему типу скорее напоминают татар.

«Народу возвращено самоназвание» — под таким заголовком газета «Вечерняя Казань» 10 апреля 1992 года опубликовала со­общение Российского информационного агентства (РИА). В нем говорится: «Возвращено исконное самоназвание «бесермяне» этнической группе, проживающей в северных районах Удмуртии. Постановление об этом принял Совет Министров республики».

В русских летописях термин «чуваш» упоминается под 1524 годом, когда великий князь Василий Иоаннович, построив на устье Суры град Василь, отправил на Казань войско, и оно на Свияге имело бой, и на том бою «многих князей и мурз, и татар, и чювашу избиша». В данном случае под чувашами подразуме­валось население, не находящееся на службе у государства. В период борьбы за Казань и после Иван IV жаловал оказавшим ему услуги представителям чувашской знати звания и приви­легии тарханам. Князья и сотники, как и в ханстве, управляли волостями, подчиняясь теперь русским воеводам. Тарханы несли службу в русской армии, выступая в походы на своем коне и со своим вооружением. За князьями, сотниками и тарханами со­хранялись их вотчинные земли и зависимые от них общинные крестьяне, — говорится в книге «История Чувашской АССР».

С присоединением Среднего Поволжья к Русскому госу­дарству в Среднем Поволжье, в том числе и на территории современной Чувашии, появились служилые новокрещены и служилые татары, чуваши, марийцы и мордва. Размещались они в основном в городах, а служилые татары, чуваши и другие — отчасти в нерусских селениях, главным образом по укреплен­ным линиям (засечным чертам). В «служилые новокрещены» и «служилые чуваши» вербовали как представителей феодальной прослойки, так и ясачных крестьян. Им выделяли небольшие поместья, иногда достигавшие 70 и более десятин. Они не владели зависимыми крестьянами, но широко эксплуатировали кабальных и ясачных людей.

Н. В. Никольский отмечает, что «служилые чуваши» (тата­ры, марийцы, удмурты, мордва) в XVI—XVIII веках представ­ляли «разряд мелких военно-служилых людей из волжских народов, несших засечную и военную службу. При Петре I за­числены в разряд государственных крестьян (Указы 1719—1724 гг.) «.

Н. М. Карамзин упоминает о чувашах под 1524 годом, но не раскрывает, на каком основании рядом с черемисами, клявшими­ся в верности Сафа-Гирею, он ставит и чувашей. По мнению В. А. Сбоева, Н. М. Карамзин употребляет его здесь per anticipationem. Людей исповедовавших языческую религию, называли «чуваша­ми». Термин «черемис» означал «храбрый воин» или «лесной человек»; впоследствии, вплоть до начала XVIII века, предков современных чувашей называли «горными черемисами» или «черемисскими татарами».

Как пишет профессор Казанского университета сере­дины XIX века В. А. Сбоев, народ под названием «чуваши» долгое время был вовсе неизвестен и восточным, и за­падным историкам и географам: «Только в середине XVI столетия он вдруг явился в истории».

Автор в начале XXI века оформился в «суваристы» и активно продвигает суварскую концепцию этногенеза (чуваш) в массы.

Таким образом, только за 2 года ему удалось (совместно с предпринимателем Адёром) создать «общество сувар», которое проводит следующие мероприятия:

1. Издание различных листовок (к Всероссийской переписи населения октября 2010 г.)

2. Издание книг, например, «Кто мы — суваро-булгары или чуваши?». Куратором книги является В. П. Иванов.

3. Попытка распространять термин «сувар» на гостиницу, например, строящаяся в г. Чебоксары гостиница «Сувар».

4. Организация чÿк в г. Сувар на территории Татарстана. г. Сувар является столицей всех сувар — чувашей.

5. Поддержка народной этнической религии чуваш (сувар). Создание на территории, где проживают сувары (чуваши) языческих столбов юпа (ююба), как символ суваро-чувашских этнических традиций.

Чтобы усилить суварский пласт в чувашах В. Алмантай подробно анализирует понятие «чуваш».

Упомянутые в русских актах и летописях начала XVI века собирательный термин «чюваша» трудно привязать к опреде­ленному этносу. В Казанском ханстве и в XVI—XVII веках лево­бережные ясачные чуваши — есть ясачные татары, т. е. «чуваш» — термин не этнический, а социальный, обозначающий ясачного татарина. Это хорошо отражено в Писцовой книге Казанского уезда 1602-1603 годов. В специальном исследовании о татарской деревне второй половины XVI и XVII веков Е. И. Чернышев пришел к выводу, что служилые татары противопоставляли себя ясачным татарам и называли их «чюваша». В царском наказе Казанскому воеводе Ю. П. Ушатому об управлении городом и уездом от 16 апреля 1613 года «татары», «вотяки» и «башкирцы» перечисляются вместе в составе казанских служилых людей. В спорном деле о земле 1642-1643 годов деревня Ащерма Арской дороги («дорога» или «даруга»- административная единица) называется татарской, а истцы, живущие в ней, «чювашами». В Писиовой книге одни и те же лица (Тогонай Девлеткильдеев, о земле 1642-1643 годов деревня Ащерма Арской дороги на­зывается татарской, а истцы, живущие в ней, «чювашами». В Писцовой книге одни и те же лица (Тогонай Девлеткильдеев, Тууш Тянеев) упоминаются в одном месте как ясачные татары, в другом — как «ясачные чюваша».

Писцовая книга показывает, что как только «ясачный чювашин» становился служилым, он начинал называться служилым татарином. Так, например в деревне Укреч Култук Ногайской дороги, описаны поместья двух служилых людей — служилого татарина Емая Енибекова и вдовы служилого татарина Чапкуна. При этом в поместье служилого татарина Емая Енибекова упо­минается «двор брата его Кошая», а в поместье вдовы служи­лого татарина Чапкуна «двор чювашенина Тогоная Великаева и двор бобыля Янка Латыша». В итоге по деревне упоминаются два «двора помещиковых», два двора «чювашских» и двор «бобыльской». Следовательно, двор брата служилого татарина, вероятно, фиксируется как «чювашский». Во всяком случае, в число помещичьих дворов двор брата не вошел. Другой пример. В деревне Большой Бимер Галицко-Алатской дороги упоминается чювашенин Мансур, один сын которого платил ясак, а другой стал служилым татарином. Все это говорит о том, что называемые писцом «ясачные чюваши» после верстания на службу становились «служилыми татарами».

Обращает на себя внимание то, что Писцовая книга знает служилых, которые, наверняка, были нетатарами. Так, упо­минается «служилой новокрещен Митя Бакшигов», который, вероятно, был выходцем из марийского народа («был черемисин»). Вместе с тем в Писцовой книге зафиксированы ясачные, которые были татарами: «деревни Салтан ясочные татаровя Курмаш Кулсареев, Тохтамиш Утямяшев».

При описании деревни Евлушеик Ногайской дороги, писец противопоставляет землю ясачных людей («ясачной чюваши») и землю «служилого татарина и его чюваши». Это говорит о том, что писцы под термином «чюваш» никак не могли иметь в виду название народа, ибо это в данной Писцовой книге он исполь­зовался как социальный термин. О том, что под «чювашами» в Писцовой книге понимается вовсе не национальный признак, а социальная категория населения, говорит и то, что в источнике упоминаются татарские кладбища возле деревень с «ясачными чювашами». В. П. Иванов и А. А. Трофимов считают необходимым отметить, что большинство исследо­вателей в «ясачных чувашах» Приказанья и Заказанья видят население, генетически связанное с булгарами, но подвергшимися в последующий период (до конца XVII в.) отатариванию.

Профессор Н. В. Никольский указывает, что «ясачные чува­ши» (мордва, марийцы, удмурты, татары, русские) — есть тяглое население Среднего Поволжья, в XVI—XVII веках платившее феодальному государству «ясак» (ренту-налог).

То, что термин «чуваш» в XVI — начала XVII века имел соци­альное значение, доказывается и эпиграфическими памятника­ми XV-XVII веков. Термин «султан» зафиксирован на памятниках Казанского ханства из Чувашли, Служилой Уры, Ст. Узюма и Ст. Мегера. А титул «ходжа» отмечен на памятниках из Чувашли, Ниж. Серда, Узюм, Ниж. Метески, Иски-Казани. Этот титул в зна­чении «хозяин, землевладелец». [2]

Позиция «сувариста» понятна. Что мы видим в этой принудительно-политизированной дискуссии нового:

1. С сер. XIX в. в Урало-Поволжском регионе (в условиях царской России) формируется татарская буржуазия, которая всегда была исламской и патриотической. Она всегда помогала строить мечети и ратовала за исламизацию поволжских народов;

2. Татарская интеллигенция всегда (с XVIII века) находила поддержки у исламских мулл, миссионеров. Интеллигенция и исламское духовенство шли в ногу и держались друг за друга;

3. Ясачное (чувашское) население около 300 тыс. человек приняло ислам и активно генетически (болгарско-ясачное население) усиливало татаро-кыпчакский этнос. Исламизировалась и татаризировалась болгарская (суварская) аристократия, купцы, ремесленники, воины-казаки. Большая часть женщин (болгары-сувары-чуваши) вынуждена была выходить за татар или была принуждена к сожительству. В «очерке о суварах» говорится об этих процессах. Не исключена возможность, что та часть булгарской народности, которая исповедовала ислам, в XIII-XIV веках именовалось булгарами, а приверженцы древней этнической религии — суварами. Булгарская аристократия, еще раньше имевшая сословную и религиозную пропасть между собою и массой общинного крестьянского населения, вскоре после монголо-кыпчакского завоевания резко отделилась от сельчан. Мусульмане-булгары, как отмечает В. Д. Димитриев, позднее, в XIII—XIV веках, слились с кипчаками — татарами. В результате ассимиляции булгар кипчаками верх взял кипчакский государственный язык Золотой Орды.

Неопределенность в религиозной и этнической принадлежности населения Волжской Булгарии оставляет вопрос о его самоназвании до сих пор открытым. Основатели городов и сел, чтобы обозначить себя в окружающем мире, хоть как-то себя называли. Не исключено, конечно, что многие, может быть и большинство населения Волжской Булгарии, называли себя «булгар», и имея в виду место жительства, так могли их называть и соседи. Известно, например, что «московиты» — люди из земель московских, также и «казанцы» — жители Казанского ханства, но они не являются этнонимами. «Булгар» тоже можно отнести к древнейшим этнонимам, так как с какой бы стороны к нему ни подойти — в нем нельзя усмотреть название местности плюс слово «люди» на том, или ином языке. Знает ли история какую-либо историческую личность или феодала по имени Булгар, имеющего отношение к Татарской Республике- Нет. Так же не встречается имя Булгар и в Чувашской Республике. «Болгар» с древнетюркского языка переводится как «повстанец / восставший», что сохранилось на современном чувашском языке в форме «палхар». «Булгар» означает призыв «будь един», что сохранилось как «пулкар», «пул ар». [3]

4. татары присвоили себе этноним «болгары». Теперь ( с сер. XIX в.) они активно пишут в учебниках, монографиях «болгары-татары». Таким образом, «суваристы» — это компромисс, поиск своего места под солнцем. «Суваризм» -это консолидация чуваш, способ сохранения чуваш (ассимилировалось, только за 25 лет более 500 тыс. чуваш). «Суваризм» — это инстинкт смерти и поиск сохранения своего будущего.

  • «Чувашисты» — ассимилируются;
  • «Болгаристы» — возвращение к истокам;
  • «Суваристы» — это поиск и способ выживания;
  • «Нигилисты» — это смерть чувашской нации.

Мы знаем, что в понятии «болгарская цивилизация» И. Н. Смирнов включал:

  • Чувашский язык;
  • Чувашский народ;
  • Чувашскую одежду;
  • Чувашский орнамент;
  • Чувашскую музыку;
  • Болгаро-чувашские традиции.

Н. И. Ашмарин назвал чуваш (болгар) римлянами по отношению к народам Среднего Поволжья. Вновь обратимся к очерку «сувариста». Полное опустошение Волжско-Булгарской земли завершил образовавшийся в 1391 году Мангитский юрт Едигея (позднее-Ногайская Орда). За 80 лет, то есть с 1359 года, когда началась усобица в Золотой Орде, по 1438 год, когда возникло Казанское ханство, на территории нынешних Самарской, Ульяновской, Пензенской областей, Закамских правобережных и юго-западных районов Татарстана, а также юго-восточной части Чувашии были стерты с лица земли и превратились в пепелища около 2000 городов и селений. Вся эта территория превратилась в «дикое поле» — район летнего кочевья ногайцев — хазар, кыпчаков (под общим политонимом «татары»).

Таким образом, в результате почти полного истребления булгаро-сувары потеряли государственность, национальную элиту, культурные накопления и этническое название. По мнению некоторых исследователей, даже по самым скромным подсчетам, не менее 4/5 болгаро-суварского населения было уничтожено (В. Д. Димитриев, Н. И. Егоров, В. П. Иванов и др.) (по Г. И. Тафаеву «болгарский холокост»).

Бежавшие от монголо-татарских завоевателей суваро-булгарские мусульмане массово переселялись с левобережья Волги и из южных районов правобережья в бассейны Нижней Свияги и Цивиля, возвращались к этнической религии. Право­бережные суваро-булгары, в отличие от левобережных казанских татар, не испытывали влияние кипчаков и ислама, продолжали жить, придерживаясь своей прежней этнической идеологии и культуры.

Следовательно, в XIV—XVI веках суваро-булгарский этнос выжил благодаря тому, что строго придерживался канонов своей этнической культуры, но перешедшие в ислам сувары (чуваши) быстро отатаривались. Для чуваша, мари или мордвы выраже­ние «принять мусульманство» было тождественно выражению «уйти в татары»: по принятии ислама тотчас оставляется родной язык, национальный костюм, национальные обычаи, и все это заменяется татарским. «Чувашенин, принявший мухаммеданство, уже стыдится именоваться чувашенином и говорить по-чувашски, а называет себя татарином. «Я не чувашенин, т. е. не язычник», мыслит он; «я татарин, т. е. правоверующий». Надо же было довести до такого состояния целый народ, что он уже начал было стыдиться имени, которое ему навязали.

Суваро-булгарский народ сильно пострадал за свою этни­ческую религию. Соседние народы, не понимавшие обычаев и культуры суваро-булгар, называли их язычниками, не обра­щая внимания на системную религию народа. Впоследствии термины «язычество» и «язычник» активно использовались в миссионерской литературе и породили синонимы «погань, свинья, нечистый». Народы, соблюдающие древние обычаи и обряды, с точки зрения представителей официальной религии — «язычники» и «погань». По мнению доктора исторических наук А. К. Салмина, народы, создавшие свою религиозную систему, должны быть признаны как цивилизованные. Система является свидетельством зрелости организма, говорит о целостности этнического объединения.

Наши предки суваро-булгары сумели выжить и даже приумно­житься в течение нескольких веков, преодолеть тяжелейшие испытания, которые на них выпали. Это говорит об их телесной, интеллектуальной и духовной силе. А духовной силы без веры— не бывает. Только боги даруют людям духовную силу. И кровь наших предков находится в нас самих, в наших генах. Им мы обязаны своим существованием.

В начале XVIII века в процессе насильственного крещения суваро-булгарскому народу запретили жить со своей этнической религией, начали забываться национальные имена, остался в прошлом и этноним. Исчезли формы арабографической и ру­нической письменности.

А вообще-то соседние племена могли называть суваро-булгар по-разному, в отличие от соплеменников. Греческие, арабские и славянские авторы и летописцы, не понимавшие суваро-булгарского языка, подлинные самоназвания племен ис­кажали до неузнаваемости. Г. И. Комиссаров отмечал, что «само название «чуваш» (чаваш, чааш) не подлежит филологическому объяснению. Смысл его неизвестен». [4]

Что дальше? Как быть чувашским историкам? Татарские исследователи по С. Закиеву делятся на несколько историко-политических блоков:

  • Булгаристы;
  • Татаро-татаристы;
  • Сторонники синтеза.

1. Булгаристы опираются на Волжско-Камское наследие болгар;

2. Татаристы на наследие «золотого века» (Золотая Орда и Казанское ханство»);

3. Сторонники синтеза на синтез татаро-болгарской цивилизации и золоордынской. [5]

Татарскому населению Республики Татарстана (да и другим народам) «вбивается» концепция «булгаро-татарская».

Салям Алишев в монографии о чувашах отмечает, что чуваши несмотря на утверждение некоторых археологов и историков о полном сложении болгарской народности на этой территории до мон­гольских завоеваний, мы не считаем, что так было в действитель­ности. Народность — это устойчивая этническая единица. Хотя типично болгарская поливная красноглиняная керамика повсеместно распространилась на Средней Волге и болгарские оборонные укрепления покрыли почти всю эту территорию, этого еще не было достаточным для окончательного образования народности. Необходимо было, чтобы все признаки и черты общности народности совпадали и действовали совместно в процессе этнической консолидации. Языковая консолидация не была завершена. Продолжалось вхождение в состав болгарского этноса кипчаков и буртас, принявших мусульманство чувашей. Точно также обстояло дело у мишарей. В силу этого этнические процессы в смысле слияния обрядов, навыков и привычек людей, поведения различных групп — в целом, культурных ценностей — не были закончены. Болгарское ядро образовалось, но окончательному сложению народности помешало монголо-татарское нашествие. [6]

В разделе совей работы «Народы Казанского ханства в XV- первой половине XVI вв.» автор пишет: Читатели из предыдущих глав полу­чили некоторое представление о происхождении и истории та­тарского народа. Однако некоторые стороны этой проблемы требуют дальнейшего исследования. Тем более что в последние годы усилились заблуждения и извращения в данном вопросе. Главное извращение состоит в утверждении некоторых сочини­телей о монголо-татарском, т. е. золотоордынском, происхожде­нии нашего народа.

Вопросами истории образования Казанского ханства русские ученые стали интересоваться и одновременно создавать своего рода концепции, начиная еще с середины XVI века. Точнее, стро­го научной концепции они, конечно, не создавали, а лишь вы­сказывали свои мнения по данному вопросу. Так, официальная историческая литература, например, «Степенная книга», утвер­ждала, что «Казанская земля ранее называлась Болгарской землей... ». Никоновская летопись, являясь сводом многих источников и летописей, проводит мысль, что Казань была болгарским го­родом и преемником Болгарского государства. Известно, что ве­ликий князь Руси Иван III после взятия Казани русскими войска­ми в 1487 году присвоил себе титул Болгарского князя. Это также означало признание Казани наследницей Болгара. Даже в начале XVII века некоторые русские летописцы продолжали называть жителей Казанского ханства болгарами [булгарами].

Наряду с таким толкованием преемственности Болгара и Ка­зани возникла и другая версия — идея о болгаро-золотоордынско-казанской преемственности. Небезызвестный автор «мутного источника» 60-х годов XVI века — «Казанской истории» — пи­сал, с одной стороны, что Казань была построена болгарами в 1177 году, с другой же стороны, что она являлась «приакаянной дщерью Золотой Орды». Получилась болгаро-золотоордынско-казанская линия.

Однако в историографии постепенно утвердилась усеченная точка зрения автора «Казанской истории», а именно: Золотая Орда — Казань. Во многих исторических трудах преемствен­ность Болгар — Казань, или Болгар — Золотая Орда — Казань, уже не упоминается. В школьных, вузовских учебниках по истории отдельных республик Казанское государство также считалось «осколком», «обломком» Золотой Орды, возникшим на развали­нах последней. Лишь историки Татарской АССР в обобщающих трудах по истории республики проводили мысль, что Болгарское царство в золотоордынский период имело некоторую автономию и на его базе образовалось Казанское ханство. Впервые о некоторой самостоятельности Болгарского государства и Казанского ханства периода существования Золотой Орды высказывался еще Ш. Марджани.

В историографическом порядке дело обстоит так: во второй половине XIX в., когда сформировалась историческая наука у татар, и в начале XX в. все наши национальные историки считали наш народ потомками Камско-Волжских болгар, а Казанское ханство — преемником Болгарского государства. Начиная с Ш. Марджани и X. Фаизханова, Каюма Насыри и Хусаина Амирхана, все татар­ские историки XIX в. и до 80-х годов XX в. писали, что татары есть потомки Камско-Волжских болгар, а Казанское ханство — преем­ник Болгарского государства. Немецкий дипломат и ученый XVI в. Герберштейн, отделяя казанских татар от других так называемых золотоордынских татар, писал, что не все татары один и тот же на­род: «... это имя носят только по их вере, а это различные племена, далеко отстоящие друг от друга». И еще: «Если «казанцев» называют татарами.., они недовольны и считают это как бы бесчинством. Название же мусульмане (бесермены) их радует».

Крупнейший поэт Казани XVI в. Мухамедъяр не только не назы­вал себя татарином, но и высмеивал название «татары». Не только болгаро-татары, но и золотоордынские племена не называли се­бя татарами, враждебно относились к этому этнониму. Ни один из писателей и поэтов периода Золотой Орды и Казанского ханства не имел «тахаллуса» или «нисба» «ат-татари», т. е. не объявлял себя татарином. А авторов, подписавшихся «аль-болгари» можно насчитать до тысячи и больше.

О том, что казанские татары или, вернее, средневолжский и при­уральский тюркский народ, не называл себя татарами в XIX в., в исторической литературе писалось очень много. [7]

Президент Чувашского национального конгресса Г. Архипов в статье «Много шума из нечего или почему чувашам так неуютно в своем доме» отметил, что никчемный шум-гам, поднятый после моего выступления на сессии Госсовета ЧР некоторыми СМИ, открыто показал, насколько мы, чуваши, позволяем издеваться над собой, над нашей культурой, нашим родным языком. Прямо на глазах чувашский язык изымают со всех сфер нашей жизнедеятельности. Нас сталкивают лбами, подкупают предателей, не гнушаясь ничем, тихо посмеиваясь и потирая руки над тем, что не отвечаем их грязными методами. Доброта, толерантность чувашского народа к другим нациям — многие пришлые воспринимают это так, как будто так и положено, за­бывая о том, что все в этом мире должно быть взаимно. Мы терпим и то, что на каждом шагу нам говорят: «Говорите на нормальном языке». [8]

К сожалению, раскол наблюдается не только среди историков, писателей, но и чувашского населения. Г. Архипов далее говорит, что надо честно признать: наш народ стоит перед угрозой исчезновения, и с этим надо что-то делать. Народ, который имеет такую богатую историю, должен найти силы объединиться за свое будущее, «отвоевать» те позиции, которые мы, возможно, бесповоротно потеряли. Из наших душ выхолащивают все родное, чувство любви к своему языку, народу. Практически мы сами согласились быть манкуртами, не помнящими своих матерей, дедов, предков. Забыли о том, что мы должны быть продолжателями славных традиций своего народа. Наши власти и пальцем не пошевельнули, когда уже в наши дни открыто крадут наше богатое булгарское наследство, изучение которого должно было быть основой воспитания чувашской молодежи со школьной скамьи.

Таким образом, руководитель ЧНК увидел, что «открыто крадут наше болгарское (булгарское) наследство». Г. Архипов обратился к молодежи, населению «проснитесь», «дружны будьте меж собой», «только в единстве сила чувашского народа».

Что мы имеем на начало XXI в.:

  1. Политизация истории происходит и этот процесс усиливается;
  2. Раскол исторических школ в Урало-Поволжском регионе;
  3. Во многих учебниках, книгах, «очерках» происходит фильтрация и фальсификация региональной истории;
  4. Проблемы, которую поднял автор «очерков по суварам», конечно имеются. Тем более надо понять, что кураторами очерков являются: д. ист. н., профессор В. П. Иванов, д. искусст., профессор В. А. Трофимов.

К сожалению, президент ЧР остается заложником этих процессов, так, например, 18 июня 2011 г. в газете «Советская Чувашия» он заявил:

  1. Чуваши и татары имеют одни этнические корни — булгарские;
  2. Они представляли основное население Волжской Булгарии.

Историки и чувашская элита, конечно, знают, что это искажение истории:

  • данная позиция искажает болгаро-чувашскую историю;
  • болгаро-чуваши говорили (и говорят) на болгар-чувашском типе R-языке, а татаро-кыпчаки говорят на Z-языке;
  • татары до 1236 г. проживали на территории Монголии и Северного Китая;
  • только после разгрома Волжско-Камской Болгарии татарам удалось закрепиться на оккупированных болгарских землях

Литература

  1. Алмантай, В. Н. Кто мы — суваро-булгары или чуваши? / В. Н. Алмантай — Чебоксары, 2011. — С. 4.
  2. Там же. — С. 7—8.
  3. Там же. — С. 14—15.
  4. Там же. — С. 19—20.
  5. Алишев, С. Х. Все по истории татарского народа / С. Х. Алишев — Чебоксары, 2010.
  6. Там же. — С. 47.
  7. Там же. — С. 136—138.
  8. Чувашский мир. — Май, 2011.

Г. И. Тафаев

Источникhttp://tafaj.blogspot.ru/2011/06/xxi.html