Средневековая Казань

Здесь деяния дедов наших, здесь священные места...
Г. Тукай

Этот очерк о Казани XV—XVI вв. — столицы самостоятельного средневекового государства — Казанского ханства, о том, как выглядел этот город до присоединения к Русскому государству в 1552 г.

Вначале несколько слов об образовании Казанского ханства, когда и кем оно основано. По мнению одних. Казанское ханство основано в 1437 г. изгнанным из Зо

159

лотой Орды бывшим ее ханом Улу-Мухаммедом. Другие считают, что ханство образовалось при его сыне Махмутеке в 1445 г. Этот вопрос является научно принципиальным, ибо речь идет не только о небольшом отрезке времени между 1437 и 1445 годами и не только о том, создано ли государство при Улу-Мухаммеде или его сыне. Он принципиален главным образом потому, что имеет отношение к той совокупности письменных источников, которые по-разному доказывают возникновение Казанского ханства, является ли оно золотоордынским, «обломком Золотой Орды», или же основано на местной, булгарской почве.

Мнение о том, что основателем Казанского ханства был Улу-Мухаммед, основано на «Казанской истории» (русская историческая повесть второй половины XVI в.), по которой к Улу-Мухаммеду, восстановившему, якобы, Казань в 1437 г., стали собираться люди из Орды, Астрахани, Азова, Крыма, и Казань постепенно росла как новая орда взамен старой, Золотой Орды. Так писало большинство историков XVIII—XIX вв., эта точка зрения в некоторой степени распространена и теперь.

Против такого мнения впервые серьезно выступил еще В. В. Вельяминов-Зернов, академик-востоковед прошлого столетия, который, проанализировав русские летописи и другие источники, пришел к убедительному выводу о том, что Улу-Мухаммед не имел какого-либо отношения к Казани и казанскому престолу. Эта концепция, нашедшая защиту у таких крупных знатоков истории Волжской Булгарии и Казанского ханства, как С. М. Шпилевский и Н. Ф. Калинин, подтверждается всем ходом исторических событий 30—40-х годов XV в.

Итак, события развернулись таким образом. Изгнанный из Золотой Орды Улу-Мухаммед бежал в 1437 г. к Белеву, небольшому городку на Оке, думая перезимовать в нем. Великий князь московский Василий II (Василий Темный) захотел выжить его оттуда и послал против него многочисленное войско, но оно было разбито. Через два года Улу-Мухаммед появился под стенами Москвы, выжег посад и, простояв 10 дней, отступил. Зимой 1445 г. он ходил на Муром, но взять его не смог и сбежал. Весной того же года Улу-Мухаммед отправил против великого князя двух своих сыновей: Махмутека и Якуба. Василий II выступил против них, но попал в плен в большом сражении 7 июля, и царевичи отвезли

160

его к отцу в Нижний Новгород, где тот обосновался В конце августа Улу-Мухаммед двинулся со своими сыновьями из Нижнего к Курмышу (местность в современной западной Чувашии), где 1 октября Василий II получил свободу. За все это время Улу-Мухаммед никогда не был в Казани, а жил в Нижнем Новгороде с кратковременными выездами, о чем наглядно свидетельствуют русские летописи: «Из Белева поиде царь к Новугороду к Нижнему и засяде Новгород Нижней Старой», «из Новагорода из Нижнего из Старого поиде к Мурому», «взвратися бегом к Нижнему Старому, в нем же живяше» и другие подобные сообщения летописей.

Имя Улу-Мухаммеда после 1 октября 1445 г. больше не упоминается в источниках. Его внезапное исчезновение в какой-то степени находит прояснение в сообщении «Казанской истории» о том, что Махмутек убил своего отца и младшего брата Якуба (вернее будет сказать Юсуфа, ибо Якуб жил еще до 1452 г. и нес службу у Василия II). Этому сообщению про убийство Улу-Мухаммеда следует верить, ибо он навсегда исчезает, и на политической арене его заменяет Махмутек, убивший своего отца и младшего брата с целью захвата власти в Казани, куда направлялась армия Улу-Мухаммеда.

Имеется серия источников, коротко и ясно свидетельствующих о том, что Махмутек убил потом и казанского князя, овладел городом и стал первым ханом («царем» в летописях) в Казани. Так пишут: Воскресенская летопись— «Тое же осени царь Мамотяк, Улу-Магметов сын, взял город Казань, вотчича казанского князя Либея убил, а сам сел в Казани царствовати»; Никоновская летопись — «А царь Мамутяк пришед из Курмыша Казань взял, а казанского князя Азыя убил, а сам на Казани воцарился, и оттоле нача царство быти казанское»; Родословная книга: «У Улу-Махметя сын Мамотяк, то первый царь на Казани». С этими источниками в значительной степени созвучен Сборник летописей, составленный на татарском языке в г. Касимове в 1602—1605 гг.: «У Улуг-Мухамед хана же сын Махмутек, пришел в страну казанскую».

1 Улу-Мухаммед жил не в новой, а в старой части города, заброшенной к тому времени. Есть мнение о том, что там раньше существовал булгарский городок. Вполне вероятно, что Улу-Мухаммед избрал в качестве резиденции бывшее мусульманское поселение.

161

Взятие Казани Махмутеком и убиение им казанского князя является фактом захвата существовавшей до него местной власти с правом престолонаследия (вотчич — это наследник). Либея (Али-бия; «бий» означает князя) можно отождествлять с «царевичем и князем Али-бабой», упомянутым в Воскресенской летописи и Пискаревском летописце при сообщении о походе казанцев на Галич чуть раньше, в 1429 г. (Азый мог быть его параллельным именем или же его сыном-наследником-«вотчичом», ставшим князем к 1445 г.). Все эти материалы убедительно свидетельствуют о существовании отдельного, самостоятельного Казанского княжества с местным населением и с местным управлением. Завоевание этого княжества Махмутеком явилось не закономерным историческим процессом, а случаем, вызванным изгнанием из Золотой Орды его отца Улу-Мухаммеда и приходом последнего на восточно-русские земли, рядом с которыми, а именно в Казанском княжестве с его тюркским населением, возникла возможность восстановления низверженной в Орде ханской власти.

Безусловно, как политическое объединение, Казанское ханство образовалось после распада Золотой Орды. Именно тогда, когда пала некогда единая и мощная Орда, возникла возможность образования отдельных самостоятельных государств на ее перифериях, заселенных местным домонгольским населением. По марксистскому учению, «не государство обуславливает и определяет общество, а гражданским обществом обуславливается и определяется государство» Задолго до прихода чингизидов-ордынцев в Казани и на казанской земле жили волжские булгары, названные к тому времени казанцами — «булгары, глаголемии казанцы», по определению русских летописей.

Дальнейшее развитие Казанского ханства, как и всякого другого феодального государства, характеризовалось закрепощением трудового народа, тяжелыми налоговыми повинностями, феодальными смутами. Непрекращавшиеся войны между Москвой и Казанью сыграли отрицательную роль в истории русского и татарского народов. В то же время, создание Казанского ханства явилось восстановлением национальной государственности волжских булгар, нарушенной монгольским завоеванием. На базе концентрации производительных сил, по-

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд., т. 21, с. 220.

162

лучивших дальнейшее развитие, создаются большие экономические и культурные центры на Средней Волге, объединенные в одно централизованное государство. Многие отрасли экономики и культуры булгар поднимаются на новую ступень: развиваются пашенное земледелие, ремесленное производство и торговля. Зодчество, декоративно-прикладное искусство волжских булгар не только получают дальнейшее развитие, но по своему содержанию и форме становятся классическими (ювелирное искусство, резьба по камню, орнаментация, монументальная архитектура).

Казань в качестве столицы нового самостоятельного государства превращается в один из крупных городских центров Восточной Европы, имевший экономическую связь со многими городами и странами. Она, подобно Булгару, становится центром транзитной торговли между Западом и Востоком.

Венецианский путешественник XV в. Иосифат Барбаро побывавший в Восточной Европе в 1436—1452 гг., т. е. в период образования и начальной истории Казанского ханства, писал о Казани следующее: «Это — торговый город; оттуда вывозят громадное количество мехов, которые идут в Москву, в Польшу, в Пруссию и во Фландрию. Эти меха получают с севера и северо-востока, из областей Дзагатаев и из Мордовии»1. Иностранцы — купцы и путешественники, послы и миссионеры,— как всегда, в первую очередь обращали внимание на то, чем знаменит город, с какими странами он держит связь. Как и в прежние булгарские времена, они видели в этих краях богатую торговлю с дорогой пушниной. Помимо торговли, несомненно, были развиты и другие виды хозяйственной деятельности жителей города.

Строительное и оборонное дело, ремесло и ювелирное искусство, получившие особенное развитие в первой половине XVI в., были широко распространены и в начальный период существования Казанского ханства и его столицы, что в значительной степени подтверждено раскопками кремля и некоторыми археологическими наблюдениями за его пределами. Уже в XV в. Казань представляется политическим центром крупного, многонационального государственного образования, объединявшего в себя ряд народов Среднего Поволжья. Это

1 Барбаро и Контарини о России. К истории итало-русских связей в XV в. Л., 1971, с. 159.

163

видно из сообщений русских летописей при описании похода русского войска на Казань в 1469 г. К этому войску, стоявшему на Волге под Казанью, прибежал из города русский пленник и сообщил, что «дополна собрался на них царь казанской Обреим ( Ибрагим — Р. Ф.) со всею землею своей, с Камской и с Сыплинскою и с Костяцкою и с Веловоложскою и Вотяцкою и с Башкирскою». Кстати, с этим сообщением созвучно более конкретное определение национального состава Казанского ханства, сделанное в XVI в. известным русским политическим и военным деятелем Андреем Курбским, воеводой Ивана Грозного при взятии Казани в 1552 г.: «бо кроме татарского языка, в том царстве 5 различных языков: мордовский, чувашский, черемисский, воитецкий, або арский, пятый башкирский».

Казань, как и все средневековые города, состояла из двух частей — кремля и посада. Кремль, место ханской резиденции и административно-управленческого аппарата с военным гарнизоном, в XV в. занимал северную часть современного кремля (до здания Министерства просвещения). Он возник еще в конце XIV в. и, став политическим центром столицы нового государства, значительно видоизменился, благоустроился. К. югу от него, за оврагом начинался посад — место жизни и деятельности ремесленного, торгового и другого городского населения. По мнению Н. Ф. Калинина, казанский посад возник чуть раньше кремля в качестве открытого поселения.

Посадов, собственно, было два: верхний, занимавший территорию от кремля до современной улицы Университетской, огражденной глубоким оврагом, по дну которого в настоящее время проходит улица Куйбышева; нижний посад располагался юго-западнее кремля до Булака, занимая районы современных улиц Профсоюзная, Баумана и Лево-Булачная. Имеется одно небольшое упоминание русскими летописями казанских посадов в связи с походом 1469 г. Сообщается, что «посады их все со всех сторон зажгоша», а многие горажане, не пожелавшие сдаться в плен, заперлись в храмах (мечетях) со всем их богатством и детьми и погибли в пожаре.

Казань первой половины XVI в. — развитого и последнего периода существования Казанского ханства — это один из крупных городов Восточной Европы. Располагаясь на высоких холмах, разделенных между собой

164

глубокими оврагами, Казань представляла собой сильно укрепленный и довольно красивый город с крепостными стенами и башнями, с высокими минаретами и дворцами на горе. «Град же Казань зело (очень — Р. Ф.) крепок, велми (весьма — Р. Ф.), и стоит на месте высоце, промеж двою рек Казани и Булака, и согражден в 7 стен, в велицех и толстых древесех дубовых; в стенах же сыпан внутре хрящ и песок и мелкое каменье»,— писал о городе автор «Казанской истории», живший в Казани 20 лет в качестве пленника перед ее завоеванием1. Более подробное описание внешнего вида Казани оставил Андрей Курбский; «,.. бо стоит оный град (кремль — Р. Ф.) и место (посад — Р. Ф.) не на Волге, но речка под ним, Казань реченная, от нее и же наречень... Егдаж (когда — Р. Ф.) приидохом близ места Казанского, еже в великой крепости лежит: с востоку от него идет Казань река, а с западу Булак речка, зело тиновата и непроходима под самое место течет и впадает под угольную вежу (башню — Р. Ф.) в Казань реку; а течет из озера, Кабана глаголемаго, не малого, которое озеро кончится аки полверсты от места; и як переправитися тую нужную речку, тогда междо озером и местом, лежит с Арского поля гора зело прекрасная и ко восхождению нужная. А от тое реки, около места, ров копан, зело глубокий (Тезицкий ров — Р. Ф.), аж до озерка, реченнаго Поганого, еже лежит подле самую Казань реку; а от Казани реки гора так высока, ижи оком воззрити прикро (имеется в виду кремлевский холм — Р. Ф.) \ на ней же град стоит и палаты царские и мечети, зело высокие, мурованные (каменные — Р. Ф.), идеже их умершие цари клались; числом памятамися пять их»2.

И не зря Иван Грозный, видевший много русских городов, удивлялся величию и красоте дворцов и мечетей Казанского кремля, въезжая в него после взятия города 2 октября 1552 г.: «... князь великий во фторник въехав в стольный град Казань, в 3 часа д