Герард Фридрих Миллер (1705—1783)

Герард Фридрих (Федор Иванович) Миллер — уроженец города Герфорда в Германии, изучал исторические науки в Лейпцигском университете. В 1725 г. он отправился в Россию и был принят преподавателем гимназии при академии наук. С того же времени начал вести исследовательскую работу в области русской истории.

В 1728—1730 гг. был редактором издававшихся академией «Санкт-Петербургских ведомостей» и «Примечаний» к ним. В 1732 г. он начал издавать сборники под названием «Собрание Русской Истории». В 1730 г. был назначен профессором истории академии наук.

В 1733 г. Миллера, по его желанию, включили в состав Первой

86

Академической Великой Северной экспедиции, в которой он проработал 10 лет. По возвращении из экспедиции Миллер в течение 22 лет продолжал работать в академии наук. Начиная с 1754 г. в течение 11 лет состоял конференц-секретарем академии, а с 1755 г. — редактором первого русского научно-популярного журнала. Журнал этот выходил с 1755 по 1764 гг., причем неоднократно менял свое название: до 1757 г. он назывался «Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие», в 1758—1762 гг. — «Сочинения и переводы, к пользе и увеселению служащие», а в 1763—1769 гг. «Ежемесячные сочинения и известия об ученых делах». Вся Россия с жадностью и удовольствием читала этот первый русский ежемесячник. В народе он был известен как журнал Миллера. Миллер печатал там как свои сочинения, так и иные труды по истории, географии и этнографии России. Здесь, в частности, был напечатан выдающийся труд П. И. Рычкова «Оренбургская топография».

В 1765 г. Г. Ф. Миллер перешел на службу в Москву, где сначала состоял директором учрежденного тогда Воспитательного дома, а с 1766 до 1783 г., в течение 17 лет, возглавлял Московский архив Коллегии иностранных дел — предшественник современного Центрального государственного архива древних актов (ЦГАДА).

С культурой, бытом, языком чувашей Миллер близко познакомился в ходе Великой Северной экспедиции в 1733 г. Участниками сухопутного отряда экспедиции были профессора академии Герард Фридрих Миллер и Иоганн Георг Гмелин, адъюнкт Георг Штеллер, студент С. П. Крашенинников, магистр Иоганн Фишер, переводчик Якоб Линденау и др.

В течение 10 лет Миллер изъездил всю Сибирь — вплоть до Якутска, Мангазеи и Нерчинска. В ходе экспедиции составлялись маршруты пройденного пути с описанием достопримечательностей; особо интересным из них Миллер посвящал специальные статьи. В них впервые описаны многие древние могильники, писаницы и другие археологические памятники Сибири.

В каждом из сибирских городов Миллер обследовал архивы, выбирая всё важное для истории. Эти «миллеровские портфели» в количестве 34 томов представляют неоценимый исторический источник.

Знакомясь с жизнью разных народов в отдаленных частях России, Миллер записывал образцы их языков, составлял словари. В ЦГАДА хранится более 30 таких лексиконов, в том числе и словарь чувашского языка.

Г. Ф. Миллер оставил немало этнологических работ, среди которых особый интерес для чувашской культуры представляет статья «Описание сибирским народам вообще с приобщенным к оному

87

особливым известием о живущих около Казани языческих народах и с показанием, что при описании народов примечать должно», оставшаяся, к сожалению, неопубликованной.

Главный труд Г. Ф. Миллера, над которым он работал многие годы, — это его «История Сибири», представляющая собой обширный свод всего известного в то время и собранного участниками Великой Северной экспедиции материала.

Участники экспедиции выехали из Санкт-Петербурга в 1733 г. В октябре того же года они прибыли в Казань, где провели из-за бездорожья два месяца. Время вынужденной задержки ученые использовали для изучения Казани и края. Миллер и Гмелин обратились в губернскую канцелярию за содействием. Они, в частности, «просили сыскать им по одному — по два старых и степенных человека из каждого племени, которых можно было бы спрашивать об их верах, жизни, торгах, промыслах, нравах, обычаях и истории, а для объяснения с ними дать искусных толмачей, которыми можно было бы располагать свободно, даже ездить с ними по окрестным деревням» (Харлампович, 1903, 253).

К сожалению, «сведущих людей разных племен» губернская канцелярия быстро найти не смогла.

Толмачей же четырех местных наречий — татарского, чувашского, марийского и удмуртского — удалось подобрать, но они поступили в распоряжение экспедиции только в конце ноября. Так что времени для работы с переводчиками оставалось мало. Поэтому Миллер изменил первоначальные обширные планы и ограничился записью важнейших слов на местных языках и переводом молитвы «Отче наш» на чувашский и черемисский (марийский) языки. Перевести на другие языки молитву не удалось.

От переводчиков Миллер сумел получить разностороннюю информацию по этнографии народов Казанской губернии. Но эти сведения не могли удовлетворить пытливый ум ученого. Он неоднократно обращался к местным чиновникам с просьбой предоставить ему проводника для поездок в Булгары и в деревни «к здешним иноверным народам». Его просьба была отчасти выполнена, но в связи с установлением санного пути настала пора собираться в дальнейшую дорогу. Поэтому Миллер ограничился изучением имеющихся в Казани булгарских материалов и документов.

Во время пребывания в Казани Миллер близко познакомился с В. Г. Пуцеком-Григоровичем (1706—1782), работавшим тогда учителем семинарии при Зилантовом монастыре. Знакомство с Миллером, вероятно, сыграло свою роль в дальнейшей судьбе Пуцека-Григоровича. Очевидно, не без влияния Миллера он начал работу

88

над «Сочинениями, принадлежащими к грамматике чувашского языка», которым суждено было войти в историю в качестве первой отечественной грамматики чувашского языка; не без помощи Миллера он опубликовал в 1769 г. свой труд в типографии академии наук в Санкт-Петербурге. Ведь Миллер в течение длительного времени руководил публикацией академических изданий.

По результатам произведенных в Казанской губернии сборов Миллер написал этнографическую работу, посвященную чувашам, мари и удмуртам. Полный титул этого издания: «Описание живущих в Казанской губернии языческих народов, яко то черемис, чуваш и вотяков, с показанием их жительства, политического учреждения, телесных и душевных дарований, какое платье носят, от чего и чем питаются, о их торгах и промыслах, каким языком говорят, о художествах и науках, о естественном и вымышленном их языческом законе, також о всех употребительных у них обрядах, нравах и обычаях; с приложением многочисленных слов на семи разных языках, как-то на казанско-татарском, черемисском, чувашском, вотяцком, мордовском, пермском и зырянском, и приобщенным переводом господней молитвы «Отче наш» на черемисском и чувашском языках». В литературе встречаются разные указания на время написания этого замечательного сочинения, но точной датой следует считать 1733 год. Сам Г. Ф. Миллер в предисловии к своему неопубликованному труду «Описание сибирских народов» указывает именно этот год.

Работа первоначально была опубликована на русском языке в 7—9 номерах журнала академии наук «Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие» за 1756 г., затем была напечатана на немецком языке в III выпуске сборника «Sammlung mssischer Geschichte» за 1759 г., который также издавался под его руководством. И, наконец, новое русское издание было осуществлено в 1791 г. Оно содержит добавления к текстам прежних изданий и снабжено 8 рисунками женских костюмов, выполненными еще в 1733 г. Часть текста дополненного издания увидела свет в том же 1791 г. под заголовком: «Выписка из описания живущих в Казанской губернии языческих народов...» в журнале «Новые ежемесячные сочинения».

Несмотря на небольшой объем — 101 стр. малого формата, — данный труд Г. Ф. Миллера весьма богат по содержанию, причем такие темы, как одежда и головные уборы, религия, освещены наиболее подробно. Для своего времени эта книга является достаточно полным оригинальным описанием чувашей, мари и удмуртов, дающим верное изображение их самобытной культуры.

С чувашами участники Первой Академической экспедиции встретились уже при вступлении в пределы Казанской губернии. Когда

89

экспедиция прибыла в Ильинскую Пустынь (современная Ильинка Моргаушского района), оказалось, что сильный низовой ветер не дает возможности плыть барке вниз по Волге. Тогда Миллер и Гмелин решили взять с собой переводчика, двух слуг и четырех солдат, из которых двое оказались крещеными чувашами, и проследовать до Чебоксар в лодке, чтобы по пути изучить жизнь и быт чувашей.

В Чебоксарах они хотели дождаться барки и продолжить на ней путешествие.

Когда лодка отъехала от Козьмодемьянска верст пять, на правом высоком берегу Волги показался огонь. Солдаты сообщили им, что там совершается жертвоприношение по старому языческому обычаю. Участники экспедиции направились туда через поросшие лесом горы.

Подойдя к костру, ученые встретили двух чувашей. Они были заняты свежеванием заколотого в жертву барана. Над костром висел котел, в котором варились внутренности барана.

К востоку от костра находилась обнесенная оградой четырехугольная площадка. Перед ней чуваши совершали священнодействие. Здесь ученые расспросили у чувашей об их религиозных обрядах и старинной вере. Эти сведения впоследствии были изложены в трудах Миллера и Гмелина. Последний, в частности, сообщает, что богослужение чуваши совершают перед повешенной на дерево кожей животного, чтут единого бога Тора (Турă), но почитают святым и солнце, которому также совершают моленья; каждая деревня имеет своего собственного божка (по-немецки Götzen), якобы проживающего в определенном священном месте. Судя по описанию учёных-путешественников, это — Киреметь и место его постоянного пребывания — киреметище.

Г. Ф. Миллер сообщает, что деревня, откуда были родом чувашские солдаты, имела бога с именем Бородон (Миллер, 1791, с. 43). Скорее всего, в этом названии в искаженном виде отразилось известное среди верховых чувашей название киремети Хуратăван (в верховом произношении Хоратоан).

Конечно, за короткое время путешественникам не удалось узнать много об обычаях, языке, нравах и образе жизни чувашей.

Тем не менее, они сумели подметить, что чуваши народ очень бережливый. По этой причине они, в частности, не употребляют водки.

В Чебоксарах Гмелину и Миллеру удалось получить через местного воеводу некоторые данные о численности чувашей — «очень большого племени в крае». По свидетельству воеводы, в Чебоксарском округе чувашей насчитывалось более 18 тыс., в Козьмодемьянском — более 10 тыс., в Цивильском — более 12 тыс., в Свияжском — более 60 тыс. и в Кокшайском — свыше 400 человек.

90

Участники экспедиции встречались и непосредственно с чувашами. Так, на встречу с ними привели двух чувашей с Чебоксарского базара. От них учёные узнали, что чуваши не работают по пятницам, хотя пятница у них не считается за особенно святой день. Это очень важное свидетельство. В научной литературе бытует мнение, что празднование пятницы у чувашей утвердилось под влиянием соседних татар-мусульман. Однако есть основания считать, что почитание пятницы имеет более глубокие корни, восходящие к первым векам нашей эры, когда оногуро-булгарские предки чувашей переходили от трехдневной тюркской недели к пятидневной восточно-иранской.

Далее Г. Ф. Миллер и его помощники записали, что самый большой праздник у чувашей бывает один раз в году, когда они все вместе отправляются в священное место и совершают там богослужение. Заслуживает самого пристального внимания и тот факт, что праздник этот не приходится на какой-то строго установленный день, а ежегодно определяется. Данное свидетельство дает возможность раскрыть некоторые секреты традиционного чувашского календаря.

Факты, добытые участниками Первой Академической экспедиции, подчастую фрагментарны, тем не менее они представляют огромную ценность для науки, так как донесли до нас уникальные сведения, не отмеченные ни в одном другом источнике.

Изучение вклада Г. Ф. Миллера в российскую и, в частности, чувашскую этнологию имеет большое значение для современной науки. Подводя итоги тому, что уже в настоящее время выявлено о многосторонней деятельности академика Г. Ф. Миллера, с полным основанием можно сказать, что он был одним из выдающихся учёных-энциклопедистов XVIII в. Если принять во внимание состояние этнологической науки в то время, следует признать, что этнографические и исторические труды Г. Ф. Миллера стоят на весьма высоком уровне и намного опережают зарубежную историческую этнографическую науку.

Исследования Г. Ф. Миллера, даже не связанные напрямую с народами Поволжья, представляют огромный интерес для сравнительного изучения их истории и культуры. На первом месте здесь стоит, естественно, основной труд Г. Ф. Миллера «Описание живущих в Казанской губернии языческих народов...» Эта работа давно стала величайшей рари-редкостью и мало кому из современных читателей известна. Поэтому она публикуется практически в полном объеме за исключением чисто лингвистической части. Для удобства читателей орфография приближена к современной литературной норме, дан необходимый справочный аппарат.

91