О происхождении чуваш

Петров М. П. О происхождении чуваш. — Чебоксары: Чуваш. гос. изд-во, 1925. — 62 с.Петров М. П.

О происхождении чуваш. — Чебоксары: Чуваш. гос. изд-во, 1925. — 62 с.

Доклад, читанный 26 февраля 1925 г. на заседании II Сессии Облисполкома V Созыва и 15 марта т. г. на заседании Общества изучения Местного Края Чуваш. Авт. Области.

Вопрос о происхождении народности имеет громадное значение в деле понимания её культурной и исторической жизни. В отношении чуваш он имеет центральное значение, так как от того или иного его решения зависит существенный характер в изложении их истории. В самом деле, если историческая жизнь справедливо называется непрерывном потоком событий, то ясно, отдельные волны его будут понятны только по связи их с целым, а это последнее становится конкретным и теряет свою туманность только в том случае, когда будет установлено его начало. Без этого историк-наблюдатель оказался бы в положении путника, перед которым много дорог, простирающихся в туманную даль,—но которая из них верная, ему не известно. Отсюда понятен тот живой интерес, который невольно вызывается у всякого человека при обсуждении этногенических вопросов вообще и который нередко прикрашивается даже некоторой долей горячности, в особенности, если вопрос касается своей народности.

Скачать PDF, 3 MB (Отсутствуют стр. 14—15)

 

Ссылки

 


...

Булгарские могильные памятники и судьба их

На территории древней Булгарии, обнимающей всё Среднее Поволжье, находится немало могильных камней с арабскими надписями, особенно много было их на месте столицы этого государства. Чуваши и татары относились к ним с величайшим уважением, но русские люди из простонародья и деревенской полуинтеллигенции, если не питали к ним пренебрежения, то в лучшем случае смотрели на них с холодным равнодушием. Когда же в с. Успенском приступлено было к постройке церкви, то строители церкви не задумались воспользоваться надмогильными памятниками, как строительным материалом. В фундаменте и стенах церкви, а также в полу нетрудно заметить их в настоящее время. Они имеются и в бывшем монастырском погребе и в др. местах с. Булгар. Словом русский человек не церемонился с булгарскими ценностями. Со времени только Петра I эти памятники обратили на себя внимание, и их стали понемногу изучать, сначала учёные путешественники Западной Европы, посещавшие г. Казань, а за ними и под влиянием их и русские.

На всей территории древней Булгарии пока зарегистрировано около 100 памятников11).


14—15

Надписи на этих памятниках большею частью малоизящны, что говорит о том, что их сделали не особенно искусные руки. Но зато они заключают в себе богатый лингвистический материал в виде собственных и нарицательных имён, данных в формах чувашского диалекта.

Учёные, занимавшиеся их изучением

Чтением и расшифровкой их занимались многие учёные. Сюда относятся: Клапрот, Радлов, Березин, Фейзханов, Ильминский и др. Но исчерпывающую дешифровку их дал Н. И. Ашмарин.

Клапрот прочитал 47 надписей, снятых в 1722 году во время пребывания в г. Булгарах Петра I, и перевёл их на французский язык. Труд его, изданный в 1831 году, появился на русском языке в переводе Лепехина в «Дневниковых записках», и в переводе Эрдмана в «Заволжском Муравье» в 1832 году.

Ил. Ник. Березин, казанский учёный, в 1852 году сделал новую дешифровку надписей в пределах прежних Казанской и Уфимской губерний. Чувашизмы встречаются у него в 33 надписях.

Хуссейн Фейзханов в 1863 году дешифровал две надписи из Симбирского и Тетюшского уездов, указав впервые, что в составе мусульманских надписей встречаются чувашизмы.

Г. Н. Ахмаров, известный археолог-палеограф, татарин по происхождению, скопировал надписи с камня, бывшего при Тетюшском полицейском управлении, с двух камней при дер. Ташбильге, с камня при дер. Атрась и с камня при дер. Ямбухтино, Тетюшского уезда.

Н. И. Ашмарин подверг тщательному пересмотру все прежние дешифровки, попутно разобрал надписи и вновь открытых камней. Результаты своей кропотливой работы он обнародовал в брошюре под названием «Болгары и чуваши».

Сущность эпитафий на булгарских могильных камнях и время, к которому они относятся

О чём же говорят эти камни?

В надписях обычно приводятся изречения, взятые из священной книги мусульман «Корана», отмечается имя погребённого лица, его отношение к оставшимся в живых родственникам, время погребения и т. д. Все они написаны, как было сказано выше, арабскими буквами и на арабском языке. Но часто среди арабского текста оказываются не арабские слова. Эти-то слова и оказались чувашскими, заключающими в себе имена личные и хронологические даты. Самая ранняя хронологическая дата в этих надписях значится 8 Зульхидже 696 г. Гиджры, т. е. 27 сентября 1297 г. по Р. Х., а самая поздняя — 730 год Гиджры, т. е. 1329 г. по Р. Х. Итак эти памятники относятся к концу XIII и началу XIV столетия12). В следующие века на мусульманских памятниках Приволжья мы уже не находим никаких следов чувашизма, в употребление входит язык татар, сделавшихся господами края, начиная с 1438 года.


16

Список заключавшихся в них чувашизмов

Какие же чувашизмы находятся на могильных камнях древних булгар?

В надписях, снятых в XVIII в. и в последующие годы, по чтению Н. И. Ашмарина, находим следующие чувашские слова:

...


49

Булгары, чуваши и татары

Заканчивая настоящий, по необходимости несколько растянувшийся, но по-существу очень краткий очерк, я считал бы его не завершённым, если бы не коснулся вопроса о татарах. Дело в том, что казанские татары считают себя потомками булгар, а не татар пришельцев из Азии. Выдающимися выразителем этой теории является татарский учёный Гайнуд-дин Ахмаров. Основными доводами его, между прочим, являются следующие утверждения: 1) казанские татары не любят, когда называют их татарами, названием, которое будто бы навязано им татаро-монгольскими завоевателями булгар; 2) татары, завоеватели булгарского царства, были азиатскими кочевниками, между тем как у казанских татар нет никаких воспоминаний о кочевом быте. Сущность этих доводов сводится к тому, что современные казанские татары — не настоящие татары, хотя и говорят они на одном из татарских диалектов. Мы принимаем это утверждение, но с ограничением в том смысле, что действительно весьма значительная часть современной татарской массы произошла не от татар. В самом деле, ведь, определённо известно, что в период Золотой Орды, до образования Казанского царства, на Средней Волге, на территории Древней Булгарии, татар почти не было. Бартольдом В. В. доказано, что монгольские завоевания вообще отнюдь не являлись переселением завоевателей, так как большая часть азиатских выходцев обычно обратно возвращалась на родину1), в новозавоеванной же стране оставлялись только немногочисленные военные силы и небольшое количество чиновников для управления2)Таким же образом дело обстояло и в разгромленной Булгарии. Здесь тоже татар почти не было, а было сплошь туземное чувашское население, занимавшееся земледельческим трудом. И только, начиная с 1438 года начался приток в Среднее Поволжье татарского населения, который отмечен в русских летописях. «Начаша собиратися (в Казань) мнози варвары от различных стран, от Золотой Орды, и от Асторохани, и от Азуева, и от Крыма», в руки которых перешло сначала политическое, а затем и экономическое господство. Таким образом,

1) Бартольд В. В. История Туркестана. Труды Туркестанского государственного университета. — Ташкент, 1922. — Вып. 2.

2) Бартольд В. В.. культура мусульманства. — Петроград. 1918, с. 18.

50

началось закрепощение края и населения, а вместе с тем и татаризация, продолжавшаяся и после падения Казанского царства, вплоть до второй половины XIX века. Она шла тем успешнее, что с потерей политического господства, татары не лишались силы экономической. Академик  С. Ф. Платонов пишет, что «татары, потеряв политическое господство в своем царстве, не потеряли экономической силы. Под кровом русской власти, они продолжали, в качестве уже государевых помощников, захват и закрепление за собой инородческих земель и их ясачного населения. Успех их был тем вернее, что они ещё сохраняли за собой престиж старых господ края; а затем они лучше русских знали сам край и строй инородческих отношений»1).

Как быстро шло отатаривание чуваш, видно из следующего. На основании многих документов XVI—XIX вв. мы находим следы существования чуваш в таких местах, где их в настоящее время вовсе нет, но есть татары. Так чуваши жили в самой Казани, как её постоянные жители, в количестве 150 дворов, на Кабане за Булаком2); г. Арск и Арская земля сплошь была населена чувашами3); Лаишевский уезд по обоим берегам Камы занят был ими4); к западу от реки Свияги не было татар вовсе, а были чуваши5). По свидетельству Стрежневского В. И. в «Выписи из отделённых книг сотника алатырских казаков 155 (1647 г.) упоминаются обширные поместья чувашских мурз в нынешнем Сергачском уезде6); чуваши жили в Васильевском уезде, например, в деревне Маклоково, что видно из ведомости составленной Васильским исправником Станиславским ещё в 1802 г. в которой прямо сказано «они же сами из чуваш»7). Далее чуваши в XVI веке жили в Слободском уезде, по реке Чепце8), в Елабужском

1) Платонов С. Ф. Очерки по истории смуты. — СПб, 1910. — С. 101—102.
2) Список списцовых книг по городу Казани с уездом. — Казань, 1877.
3) Карамзин. История государства Российского, т. 8. — С. 123—125.
4) Списки населённых мест Казанского и Лаишевского уездов с кратким их описанием. — Казань, 1893.
5) Известия О. А., И. и Э. — 1911. Т. 27. В. 5;
6) Действия Нижегородского Архива. Комиссии. — Выпуск X. — С. 452.
7) Там же, т. III, 1989 г., стр. 39.
8) Акты археологическ. экспед. т. I, № 220.
 

51

уезде1), в Сарапульском уезде2) и т. д. Во всех указанных местах в настоящее время чуваш нет: они отатарились. Для дополнения картины, позволим себе привести статистические данные по бывшей Казанской губернии:

а) в 1826 г. в Казанской губернии было:

чуваш всего ............. 371 758 ч.

татар ............ 136 470 ч.

чуваш более на 235288 ч.

б) В 1897 г. по переписи было в Казанской губернии:

чуваш ................. 513 044 ч.

татар ............ 744 267 ,,

татар более на 231 223 ч.

в) В 1904 г. по сведениям Казан. Стат. Комитета было:

чуваш ............ 550 664 ч.

татар ............. 772 698 ,,

татар более на 222 034 ч.

Быстрый и чрезмерный численный рост татарского населения бывшего в 1826 г. почти в два раза меньше чуваш, а в 1897 г. превышавшего их чуть не в 2 раза, объясняется именно поглощением чувашского населения3). За это время отатарились десятки и сотни чувашских селений, каковы например, Старое Никитино и Новое Никинино, Солдакеево, Обрыскино, Новое Узеево, Средние Челны, Тугаево, Сунчелеево и Большие Савруши, Чистопольского уезда, Белая Воложка и Утеево в Тетюшском уезде, Чувашский Брод в Спасском уезде и проч. и проч.

Думаем, что сказанного достаточно, чтобы убедиться в том, что значительную массу татарского населения Среднего Поволжья в настоящее время составляют отатарившиеся чуваши. Уже западноевропейские путешественники XVII века (Гакстгаузен и Олеарий) высказываются в том смысле, что казанские татары не ордынские татары, потому что в их быте не сохранилось следов родства с последними4). Новейшими же исследованиями точно установлено,

1) Вятские Губ. Ведом. 1891 г., № 43, 45 и 47.
2) Проф. И. Н. Смирнов. Материалы для статистики Сарапульского у.
3) Известия Общества Археологии, Истории и Этнографии при Казан. университете, т. XII, в 5, стр. 466—468.
4) Инороодческое Обозрение, 1916 г., март-июнь, стр. 217—238.

52

что в бытовой жизни казанских татар до настоящих дней удержались обычаи, верования, вполне совпадающие с чувашскими. Наконец, не надо упускать из виду и того обстоятельства, что сами древние булгары резко отличали себя от татар-завоевателей. Это ясно из речей их послов к русскому князю Юрию в 1223 году. «Пришёл народ неведомый, и язык коего прежде неслыхали, вельми сильный». — говорили они о пришельцах из глубин Азии1).

Отсюда понятно, почему татары казанские не любят отождествлять себя с азиатскими пришельцами XIII века. Таким образом, единственный народ, кроме чуваш, претендующий на происхождение от булгар, оказывается в значительной массе отатарившимися чувашами2).

1) Татищев. III, 459.

2) Татары, населяющие местность, простирающуюся к северу от Казани и называющуюся по дорогам, по ней проходящим, Нагай-Жулы, Жарей-Жулы, Арча-жулы (на Арск) и Алат-жулы, отличаются тем, что в одежде их преобладает белый цвет, являющийся по словам А. Бессонова «национальным цветом финских инородцев восточной полосы России», к числу которых обычно причисляют и чуваш. (Журнал Мин. Нар. Просвещения, ч. CCXVI. — С. 224). Таким образом, здесь мы тоже не можем не видеть явлений татаризации.

54

Названия: булгар и чуваш

В заключительной части настоящего доклада необходимо, хотя бы вскользь, коснуться вопроса о названиях «пулкар» (булгар) и «чăваш» (чуваш), которыми, очевидно, именовался и именуется один и тот же народ. Прежде всего оба наименования в прежнее время употреблялись у чуваш, как личные имена. Так, говоря об имени «Булгар», Магницкий замечает, что это имя в фолианте, из которого он извлекал личные природные имена чуваш, встретилось всего раз, по деревне Третьей Тинсариной, Туруновской волости1). Что касается имени «Чуваш», то оно у него значится в полной форме «Чуваш» и «Чувашин»2). В десятном списке дворян и детей боярских, присланном из Арзамаса в Разрядный приказ, в числе помещиков, имевших по 450 чети земли, значится «Чуваш Суханов, сын Аристов»3). Итак, в личном характере обоих имён не приходится сомневаться. Как же они стали национальными? Здесь, вероятно, произошло тоже самое, что случилось, напр., с именем Иуда, которое у евреев из личного стало сначала родовым, потом племенным и, наконец, национальным. О монгольских племенах определённо известно, что «целое государство или народ получает у них название от имени господствующего дома, а каждый аймак (поколение или удел) от владетельного положения. С падением владетельных домов исчезает старое название и появляются новые»4). Нечто подобное, вероятно, случилось и с именами «чăваш» и «пулкар», т.е. оба они некогда, без сомнения, были персональными и потом стали племенными, с той лишь разницей, что одно раньше, другое позднее. По нашему мнению, название «чăваш» древнее названия «пулкар» и в древности оно произносилось иначе, чем теперь.


55

Что касается собственно смысла, заключающегося в национальном названии чуваш, то его возможно будет установить путём реставрации первоначальной его формы из «чöш». В последнем, видимо, сказалось сильное влияние того свойства чувашского языка, которое ещё было отмечено Н. И. Ашмариным и которое выражается в чередовании ч, ç, ш. Например, шулчă,


56

çулчă, шулçă, çулçă. В таком случае первичная основа имени «чăваш» есть «чу=су=шу=çу», означающая «воду-масло-свет-лето-чистоту», а первоначальной его формой могло быть и, вероятно,  было чу+ш=су+ç=шу+ç=çу+ç, в которой «ш» и «ç» суть аффиксы, обозначающие занятие или ремесло; след. имя «чăваш» значит «живущий у воды», «соблюдающий чистоту» или «светоносец» подобно «тимĕр+ç» — железоделец, или кузнец, «чепĕ+ç» — красивый, красотоносный1). Н. И. Ашмарин вслед за И. Н. Юркиным полагает, что название «чăваш» значит «летовщик» и что булгары называли себя так потому, что «кочевали только по летам»2). Однако, этот довод, по нашему мнению, нельзя считать достаточно веским, так как и буртасы, и хозары так же кочевали только по летам3), но ниоткуда не видно, чтобы из называли «чăвашами».

Что касается названия «Пулкар-Болгар», или Булгар, как значится у Якута4), то смысл его можно установить, как нам кажется, из разложения его на составные части, а именно: «пул (пăл), пур» и «кар», причём «пул (пăл)» и «пур» значит «быть, стать» и употребляется в качестве собственного имени, а «кар» — ограда, «ограждение», «окружение» (кар карса илтĕмĕр). Отсюда «Булгар» — город Пул’а. Очевидно, из родового оно стало племенным, по образовании и утверждении чувашской государственности на берегах Волги через объединение многих домов под главенством сильнейшего из них носившего родовое имя «Пул», каковым именем названа была и столица, как центр народно-государственной жизни объединенных домов. Это подтверждается сообщением Эль-Бальхи, умершего в половине X столетия, «Булгар», — говорил он, — имя страны, жители которой исповедуют ислам, и имя города, в котором находится мечеть»5). Таким образом


57

это имя, естественно, стало именем страны и её жителей (как Москва, Московия, Москаль) в то время, как собственным названием народа оставалось «Чăваш». Этим и объясняется, то странное на первый взгляд обстоятельство, что в известиях древних писателей, мы не встречаем имени «чăваш». Очевидно в них древнее название народности уступило место названию государственности и это продолжалось вплоть до окончательного исчезновения последней в XV веке.

 

Приложение 1-ое

Именниник царей Дунайских булгар

...

Приложение № 2

Отрывок из письма Н. И. Ашмарина М. П. Петрову от июня 1925 г.

(Прилагается без разрешения автора ввиду важности его содержания и в надежде, что он не вменит это в вину).

«...знаю, что чуваши получили республику и что среди них теперь идут толки даже о замене имени чуваш другим — булгар1). Вот с последним я никогда не мог бы примириться. Ведь слово «чăваш» до сих пор ещё научно не было объяснено: все существующие объяснения были неудовлетворительны; кроме того, ведь у чуваш их собственное название, которым они называют сами себя, и никто никогда не доказывал и не может доказать, что это название новое, данное им каким-нибудь другим народом. Все данные языка и истории говорят за то, что чуваши — потомки древних болгар; но если это так, то следует думать, что древние волжские булгары были известны под этим названием только у других народов, сами же называли себя чувашами. Черемисские формы: суас, сÿäс, по-видимому, говорят за то, что слово «чуваш» раньше произносилось çăваç; если бы это было так, то тогда бы могло оправдаться мнение И. Н. Юркина, что слово «чуваш» происходит от çу «лето» (об этом нигде не напечатано, но имеется в одной из его рукописей). Это мнение прекрасно сходится с историческими свидетельствами арабских писателей, передающих нам, что болгары кочевали только по летам: они были летовщики; слово «чăваш» «çăваç» значило бы тогда: летовщикОтносительно изменения звуковой формы слово можно сравнить чув. йул+а+в+çă (йулавçă из тюрк. jулавчы), изменившееся в некоторых говорах в йулавăш, йолаш (об этом см. мою статью «Отголоски и пр.»); что же касается начального «ç» и перехода его в «ч», то я теперь подозреваю (хотя и не совсем уверенно), что «ç» было замененно «ч» вследствие бессознательного стремления избежать зловещего созвучия с словом «сăва» «кладбище». Такие замены известны нам и из других языков... P. S. Если предположение И. Н. Юркина основательно, то более древняя чувашская форма слова «чăваш» была бы çăвавçă, из çăв «лето2) + глагольный образовательный аффикс «а»3) + аффикс отглагольного имени действия «в» (как в «мухта — в», «тийе — в» + аффикс имени действующего «ç» (как в «ултав — çă»); потом она постепенно изменилась в «çăвавăç», çăваç», чăваш. Согласн. «ш» в конце, правда, представляет затруднение, но ведь «по-видимому, такой переход мы имеем в «йулавăш», из «йулавçă», если только йулавăш не другое слово. Заняться этим вопросом я, к сожалению, не имею возможности».

1) Пăлхар, ибо форма «пулхăр» совсем недопустима.
2) «Çу» более новая форма, как и «ту» (гора) — более новая, чем тăв и др.
3) Как в каз.-тат. аша «есть» от аш «пища» и др.

Приложение 3-е.

Отрывок из письма Н. Я. Марра от 3 авг. 1925 г.

(Письмо получено к концу набора).

«Касательно чăваш..., да ведь это и есть шумер в форме с огласовкой «а» шumar=шумар (ср. груз. stumar «гость») и это составной двуплеменной термин шumar «сал-ибер», точнее — шу-(р) бер», и этот шumar (в чувашском и даёт «чăваш» |шubaш (в Шubaш-kar) и т.д. и т.д.».